.RU

ТАКТИКА СЛЕДСТВЕННОГО ЭКСПЕРИМЕНТА В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ КИТАЯ, КАЗАХСТАНА И РОССИИ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ



^ ТАКТИКА СЛЕДСТВЕННОГО ЭКСПЕРИМЕНТА В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ КИТАЯ, КАЗАХСТАНА И РОССИИ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ


Коврова О. М.

Россия, г. Новосибирск


Следственный эксперимент является наиболее сложным и разнообразным следственным действием и требует преодоления немалых трудностей организационного характера и анализа следственной ситуации, позволяющего выделить условия и возможности его проведения.

В понятии следственного эксперимента существует немало различий. М. С. Строгович считает, что следственный эксперимент не является самостоятельным следственным действием, а представляет собой разновидность следственного осмотра, при котором всегда осматривается место или предмет [5, с. 328].

М. А. Чельцов под следственным экспериментом понимает тактические приемы следствия, направленные на воспроизведение каких-либо обстоятельств дела, и считает, что правильнее всего следственный эксперимент оформлять протоколом осмотра [6, с. 73].

По мнению Р. С. Белкина следственный эксперимент - это самостоятельное следственное действие, выполняемое следователем в условиях проверки и уточнения данных, имеющих значение для дела, а также получения новых доказательств, производимое путем совершения опытных действий в условиях, максимально сходных с условиями, существовавшими в момент проверяемого факта, явления, события [4, с. 634].

Осуществление эксперимента заключается в неоднократном повторении опытных действий и в фиксации результатов каждого повторения. Производство следственного эксперимента должно быть законным и осуществляться по правилам, регламентированным законодательством.

Рассмотрим производство следственного эксперимента в уголовном процессе Китая, Казахстана и России.

В статье 108 уголовно-процессуального кодекса Китайской Народной Республики говорится, что в целях установления обстоятельств дела, в случае необходимости, с санкции начальника управления общественной безопасности может быть проведен следственный эксперимент. Также во время проведения следственного эксперимента запрещаются деяния, которые создают собой общественную опасность, оскорбляют человеческое достоинство либо противоречат нравственным нормам.

В статье 239 уголовно-процессуального кодекса Казахстана следственный эксперимент производится с обязательным участием понятых. При необходимости к участию в следственном эксперименте могут привлекаться с их согласия подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, свидетель, специалист, эксперт и лица, производящие опытные действия. Участникам эксперимента разъясняются его цели и порядок проведения. Следственный эксперимент производится в условиях, наиболее приближенных к тем, в которых происходили воспроизводимые события или действия. Проведение следственного эксперимента допускается, если при этом исключается опасность для жизни и здоровья участвующих в нем лиц, не унижаются их честь и достоинство, не причиняется им материальный ущерб.

В статье 181 уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации говорится, что в целях проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела, следователь вправе произвести следственный эксперимент путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных обстоятельств определенного события. При этом проверяется возможность восприятия каких-либо фактов, совершения определенных действий, наступления какого-либо события, а также выявляются последовательность происшедшего события и механизм образования следов. Производство следственного эксперимента допускается, если не создается опасность для здоровья участвующих в нем лиц.

Рассмотрим виды следственного эксперимента

1. Эксперимент по проверке восприятия фактов, связан с ощущениями, на основе которых формируются представления человека о внешнем мире.

2. Эксперимент по проверке возможностей совершения определенных действий отдельным поступком человека или несколькими поступками, между собой связанными.

3. Эксперимент по проверке вероятности наступления событий.

4. Эксперимент по проверке последовательности событий, очередности действий преступника или преступной группы в сопоставлении с объективными условиями места совершения преступления.

5. Эксперимент по проверке механизма образования следов, обнаруженных в ходе расследования.

6. Эксперимент по определению наличия или отсутствия определенных профессиональных навыков.

В связи с этим и на основании уголовно-процессуального законодательства Китая, Казахстана и России можно прийти к выводу, что следственный эксперимент является самостоятельным следственным действием, проводимый в целях воспроизведения обстановки или обстоятельств события, воспроизведения тех или иных фактов, признаков, сторон исследуемого явления. Эксперимент может проводиться для проверки следственной версии о механизме совершения преступления, может осуществляться с целью получения новых или проверки уже имеющихся доказательств.


Литература:

1. Уголовно-процессуальный кодекс Китайской Народной Республики: [Принят на 2-й сессии Всекитайского собрания народных представителей пятого созыва 1 июля 1979 года, с изменениями и дополнениями по состоянию на 17 марта 1996 г.] [Электронный ресурс] - Режим доступа: http://chinalawinfo.ru/procedural_law/law_criminal_procedure. Дата обращения: 01.04.2011.

2. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан: [Принят Парламентом 13 декабря 1997 года, с изменениями и дополнениями по состоянию на 28 января 2011 г.] [Электронный ресурс] - Режим доступа: http://www.pavlodar.com/zakon/?dok=00147. Дата обращения: 01.04.2011.

3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: [Принят Гос. Думой 22 ноября 2001 года, с изменениями и дополнениями по состоянию на 27 июля 2010 г.] – М.: Омега-Л, 2010. – 207 с.

4. Криминалистика: учебник для вузов / под ред. Р.С. Белкина. – М.: НОРМА; ИНФРА-М, 2010. – 990 с.

5. Курс советского уголовного процесса: Порядок производства по уголовным делам по советскому уголовно-процессуальному праву. Т. 2 / М.С. Строгович. - М.: Наука, 1970. – 516 с.

6. Советский уголовный процесс: учебник / М.А. Чельцов - 2-е изд., перераб. - М.: Госюриздат, 1951. – 511 с.


^ СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ ИНСТИТУТА МЕР ПРЕСЕЧЕНИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РОССИИ И КИТАЯ

Михалева Т. С.

Россия, г. Улан-Удэ


Права и свободы человека и гражданина составляют неотъемлемую часть отношений личности и государства. Отношение к правам и свободам, степень их защищенность – безусловный показатель зрелости и развитости правового и демократического государства. Избрание меры пресечения в отношении лиц, подозреваемых, обвиняемых в совершении преступления, связано с существенным ограничением естественных прав личности в уголовном судопроизводстве. В связи с этим сравнительно-правовое исследование уголовно-процессуальных норм в указанной сфере государств, принадлежащих к двум разным правовым системам, является актуальным.

Понятие мер пресечения в уголовно-процессуальном законодательстве России и Китая не предусмотрено. Однако теорией уголовного процесса разработано несколько подходов к определению сущности и назначения института мер пресечения.

Меры пресечения, в первую очередь, представляют собой средство принудительно-обеспечительного характера, связанное с применением определенных ограничений к лицам, подозреваемым или обвиняемым в совершении преступлений.

Избрание меры пресечения в России и Китае – это процессуальное действие, проводимое в порядке и на основаниях, предусмотренных уголовно-процессуальном законом, уполномоченными должностными лицами правоохранительных органов. В соответствии с положением ст. 50 УПК КНР народный суд, народная прокуратура и органы об­щественной безопасности, исходя из обстоятельств дела, уполномочены применить меру пресечения в отношении подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления [2].

В УПК РФ в отличие от УПК КНР более конкретно указаны субъекты проведения данного процессуального действия. Согласно требованиям ст. 97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных УПК РФ. В соответствии, например, со ст. 108 УПК РФ избрание отдельных видов мер пресечения осуществляется по согласию с такими участниками уголовного процесса, как руководитель следственного органа и прокурор [3].

Классификация мер пресечения в российском уголовном процессе предусмотрена ст. 98 УПК РФ, согласно которой мерами пресечения являются: подписка о невыезде; личное поручительство; наблюдение командования воинской части; присмотр за несовершеннолетним обвиняемым; залог; домашний арест; заключение под стражу. [3]. Китайское уголовно-процессуальное законодательство в качестве мер пресечения предусматривает: привод, передача под поручительство, наблюдение по месту жительства, заключение под стражу.

Следует отметить, что понятие, порядок избрания, иные положения о такой мере пресечения как привод в УПК КНР отсутствуют. Привод упоминается лишь в ст. 50 УПК КНР.

Передача под поручительство является мерой пресечения, основание и порядок применения которой предусмотрен ст. 51 УПК КНР. Так, народный суд, народная прокуратура и органы об­щественной безопасности могут передать под поручительство до судебного разбирательства либо подвергнуть наблюдению по мес­ту жительства подозреваемого и обвиняемого в совершении пре­ступления при наличии одного из следующих обстоятельств:

Передача под поручительство до судебного разбирательства и наблюдение по месту жительства осуществляются органами обще­ственной безопасности.

Согласно ст. 53 УПК КНР народный суд, народная прокуратура и органы общественной безопасности при принятии решения о передаче подозреваемого и обвиняемого в совершении преступления под поручительство до судебного разбирательства должны обязать подозреваемого и обвиняемого в совершении преступления предоста­вить поручителя либо внести залог. Кроме этого, отданные под поручительство до судебного разбирательства, подозреваемые и обвиняемые в совершении преступ­ления должны соблюдать следующие положения:

  1. не покидать без разрешения исполнительных органов город, уезд, в котором лицо постоянно проживает;

  2. своевременно являться на допросы;

  3. не препятствовать каким-либо образом даче свидетелями показаний;

  4. не уничтожать, не фальсифицировать, а также не вступать в сговор в даче показаний [2].

Передача под поручительство является неким аналогом личного поручительства, предусмотренного ст. 103 УПК РФ. Отличие заключается в том, что подозреваемый или обвиняемый в совершении преступления по китайскому законодательству помимо обязанности предоставить поручителя обязан также внести залог. При этом залог может быть конфискован, если лицом, подозреваемым, обвиняемым в совершении преступления, до судебного разбирательства нарушена избранная мера пресечения. Однако обязанность подозреваемого, обвиняемого не покидать без разрешения место жительства связанно с ограничением свободы передвижения, которое в некоторой степени напоминает домашний арест, предусмотренный ст. 107 УПК РФ.

Форма осуществления передачи под поручительства как меры пресечения в КНР не установлена. Так, к примеру, в российском законодательстве личное поручительство состоит в письменном обязательстве заслуживающего доверия лица о том, что оно ручается за выполнение подозреваемым или обвиняемым обязательств, а именно, в назначенный срок являться по вызовам дознавателя, следователя и в суд; иным путем не препятствовать производству по уголовному делу [3].

В отличие от ст. 103 УПК РФ, определяющей поручителя как лица, заслуживающего доверия, китайское процессуальное законодательство устанавливает ряд требований, предъявляемых к поручителю. Согласно ст. 54 УПК КНР поручитель должен соответствовать следующим тре­бованиям:

- лицо не имеет какого-либо отношения к делу;

- имеет возможности для исполнения обязанностей по­ручительства;

- лицо обладает политическими правами и не ограничено в личной свободе;

- лицо имеет постоянное место жительства и доход [2].

Кроме этого законом установлено, что поручитель должен осуществлять контроль за исполнением порученным ему ли­цом положений ст. 56 УПК КНР, а также при обнаружении возможности нарушения либо самого нарушения порученным ему лицом указанных положений, поручитель обязан своевременно сообщить об этом в ис­полнительные органы. При этом УПК КНР предусмотрена ответственность за ненадлежащее исполнение поручителем своих обязанностей: материальная (штраф) или уголовная ответственность.

В соответствии с положением ст. 58 УПК КНР максимальный срок передачи народным су­дом, народной прокуратурой и органами общественной безопасно­сти под поручительство до судебного разбирательства подозревае­мого и обвиняемого в совершении преступления не может превы­шать двенадцати месяцев. По истечении указанного срока лицо, подвергнутое ограничениям, а также иные лица извещаются об окончании срока применения меры пресечения в виде передачи под поручительство.

Исходя из положений ст. 57 УПК КНР наблюдение по месту жительства как мера пресечения в уголовном процессе Китая связана со следующими видами ограничений, применяемых в отношении подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений: без разрешения исполнительных органов не покидать место жительства; не встречаться с дру­гими людьми. При этом, как и при передаче под поручительство лиц, подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений, на них возлагаются дополнительные обязанности своевременно являться на допросы; не препятствовать каким-либо образом даче свидетелями показаний; а также не уничтожать, не фальсифицировать либо не вступать в сговор в даче показаний. В случае несоблюдения избранной меры пресечения подозреваемым, обвиняемым в совершении преступления, мера пресечения может быть изменена на заключение под стражу. Максимальный срок наблюдения по месту жительства согласно ст. 58 УПК КНР не может превышать шести месяцев.

Заключение под стражу подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления в Китае производится органами обществен­ной безопасности с санкции народной прокуратуры либо по постановлению народного суда. Подобный порядок заключения под стражу подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений был предусмотрен ст. 96 УПК РСФРС от 27.10.1960 года [4].

Основания избрания меры пресечения в виде заключения под стражу лиц, подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений, предусмотрены ст. 60 УПК КНР и сводятся к следующим требованиям:

Заключение под стражу в качестве меры пресечения в КНР не может быть избрано в отношении подозреваемых и обвиняемых, страда­ющих тяжелой болезнью, а также в отношении беременных женщин, женщин, кормящих грудью.

Органы общественной безопасности, требуя заклю­чить под стражу подозреваемого в совершении преступления, дол­жны вынести на утверждение народной прокуратурой постановление о заключении под стражу, а также предоставить материалы дела, иные доказательства.

Народная прокуратура, после рассмотрения пере­данного органами общественной безопасности на утверждение зак­лючения под стражу дела, должна, исходя из обстоятельств, вы­нести мотивированное постановление об утверждении либо об отказе в утвержде­нии заключения под стражу, которое подлежит немедленному исполнению органами общественной безопасности. В случаях необ­ходимости народная прокуратура может направить своего пред­ставителя для участия в обсуждении с органами общественной безопасности важных дел, а также решить вопрос о необходимости устранения допущенных нарушений, обнаруженных в ходе производства предварительного следствия органами обще­ственной безопасности, а также о необходимости проведения дополнительного следствия.

Уголовно-процессуальным законом Китая предусмотрено право органов общественной безопасности требовать повторного рассмотрения материалов в случае вынесения постановления народной прокуратуры об отказе в утверждении заключения под стражу. Кроме этого органы общественной безопасности могут обратиться в вышестоящую народную прокуратуру с ходатайством о проведении проверки [2].

При задержании лица органы общественной безопасности должны в трехдневный срок ходатайствовать перед народной прокуратурой об избрании меры пресечения в виде заключения лица под стражу. В исключительных случаях срок ходатайства может быть продлен от 1 до 4 дней. По делам о лицах, в отношении которых существуют серьез­ные подозрения в совершении ими преступлений при побеге, не­однократно либо в составе группы, срок ходатайства о рассмотре­нии материалов для утверждения заключения под стражу может быть продлен до тридцати суток.

При этом срок рассмотрения ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражей народной прокуратурой устанавливается в 7 суток с момента принятия ходатайства органов общественной безопасности.

Народный суд, народная прокуратура, приняв ре­шение о заключении лица под стражу, органы общественной безо­пасности, заключившие лицо с санкции народной прокуратуры под стражу, должны в течение 24 часов с момента зак­лючения под стражу допросить лицо.

Подозреваемые и обвиняемые в совершении пре­ступления, а также их законные представители, близкие родствен­ники либо адвокаты подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления, а также другие защитники, в случае, если установ­ленный законом срок применения народным судом, народной про­куратурой или органами общественной безопасности меры пресе­чения истек, вправе требовать отмены меры пресечения.

Сравнительно-правовой анализ уголовно-процессуального законодательства Китая и России в сфере избрания меры пресечения в отношении подозреваемых, обвиняемых в совершении преступлений позволяет сделать вывод о совпадении основных демократических положений в указанной сфере. Вместе с тем меры пресечения в уголовном процессе Китая не достаточно регламентированы на законодательном уровне.

В последние годы Правительство КНР подписало и ратифицировало целый ряд международных конвенций и соглашений в сфере защиты прав и свобод человека и гражданина. Намеченная тенденция развития правовой системы Китая, а также серьезное и добросовестное отношение китайского правительства к возложенным на себя обязательствам международно-правового характера, безусловно, окажут положительное влияние на совершенствование уголовно-процессуального института мер пресечения.


Литература:

  1. Конституция Китайской Народной Республики принята на 5-ой сессии Всекитайского собрания  народных представителей пятого созыва 4 декабря, 1982 г. с поправками, принятыми 12 апреля 1988 г., 29 марта 1993 г. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://labatr.bsu.ru/index.php?mod=pages&page=zakonstvo, Дата обращения: 19 февраля 2011 года;

  2. Уголовно-процессуальный кодекс Китайской Народной Республики принят на II сессии Всекитайского собрания народных представителей пятого созыва 1 июля 1979 г. с изм. от 17 марта 1996 г. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://labatr.bsu.ru/index.php?mod=pages&page=zakonstvo, Дата обращения: 19 февраля 2011 года;

  3. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 18.12.2001 № 174-ФЗ [принят ГД ФС РФ 22.11.2001, ред. от 29.12.2010, с изм. и доп., вступающими в силу с 11.01.2011] // Собрание законодательства. -2001. - № 52 (ч. I). – Ст. 4921;

  4. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, утвержденный ВС РСФСР 27.10.1960 г. [Электронный ресурс] – Режим доступа: http://www.consultant.ru/online/base/?req=doc;base=LAW;n=34685#p53, Дата обращения: 28 февраля 2011 года.



^ ИНСТИТУТ ПОДДЕРЖАНИЯ ОБВИНЕНИЯ В РОССИИ И КИТАЕ: СРАВНИТЕЛЬНО-ПРАВОВОЙ АНАЛИЗ


Найданов А. В.

Россия, г. Улан-Удэ


Поддержание государственного обвинения в суде в Российской Федерации и Китае является формой уголовного преследования, поэтому участие прокурора в судебном следствии подчинено задаче доказывания обвинения. Все виды деятельности последнего в судебном разбирательстве связаны общей целью - доказать виновность подсудимого в предъявленном ему обвинении. Между тем, информация о законотворчестве и правоприменении, об особенностях поддержания государственного обвинения, правовом статусе прокурора, а также уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве Китая представляет серьезный научный и практический интерес, в том числе для сравнительного правоведения.

Необходимо заметить, что правовой статус Прокуратуры России, закрепленный в ст. 129 Конституции РФ («Прокуратура Российской Федерации составляет единую централизованную систему с подчинением нижестоящих прокуроров вышестоящим и Генеральному прокурору Российской Федерации») помещен в главу 7 Конституции РФ, которая именуется «Судебная власть». Конституционные принципы, определяющие положение Прокуратуры Китая, так же как и в России, помещены в § 7 Конституции Китайской Народной Республики «Народный суд и Народная прокуратура», где в ст. 129 определено, что «народная прокуратура Китайской Народной Республики является государственным органом надзора за соблюдением законности». В соответствии с принципами Конституции и Закона КНР «О государственных прокурорах» народные прокуратуры – это органы государственного правового надзора за законностью, осуществляющие функции государственного обвинения [1].

Чжан Цзюэ отметил, что система прокуратуры в Китае, как и в России, создана на базе теории надзора за законностью, разработанной еще В.И. Лениным. Прокуратура - это не только орган обвинения, но и орган надзора. В целях усиления борьбы с преступностью государство наделяет этот орган почти неограниченными правами уголовного преследования.[2]

В настоящее время в обеих странах идет постепенное реформирование судебной системы, направленное на процессуальное обеспечение защиты прав человека. Поэтому, возникает необходимость в урегулировании отношений между органами расследования, предъявления обвинения и судебного разбирательства, четкого разделения их функций.

Стадия судебного разбирательства является центральной и главной частью уголовного судопроизводства как в Российской Федерации, так и в КНР. Так, Генеральный прокурор Верховной Народной Прокуратуры Цзя Чуньван в своем докладе «О работе Верховной народной Прокуратуры за 2005 год» отмечает: «В контроле над уголовным судопроизводством, прокуратура по 2978 делам выдвинула протест против случаев не вынесения уголовного наказания, слишком легких или слишком тяжких вердиктов, по 1865 делам, при рассмотрении которых были допущены противозаконные методы, были выдвинуты требования произвести исправление. В контроле над гражданским судопроизводством и административными исками в случае, когда прокуратура сочла наличие ошибок в вынесенных вердиктах, органы прокуратуры вынесли решение о пересмотре. Таких дел было пересмотрено в количестве 12757. В отношении некоторых дел прокуратура предлагает судебным инстанциям самостоятельно произвести пересмотр разбирательства. Всего предложений о пересмотре, выдвинутых прокуратурой, касались 5192 дел. Благодаря совместным усилиям заинтересованных органов, число задержанных и проведших в заключении срок, превышающий установленный, снизилось с 4947 в 2004 году до 271 человека в 2005 году»[3]. В указанном контексте необходимо отметить, что в России, поддержание государственного обвинения закреплено как одно из основных направлений деятельности прокуратуры, что нашло отражение в Приказе Генерального прокурора РФ № 185 от 20 ноября 2007 г. «Об участии прокуроров в судебных стадиях уголовного судопроизводства»[4], где в п. 1 закреплено, что участие в рассмотрении уголовных дел судами - одно из важнейших направлений в деятельности органов прокуратуры.

Приоритет участия прокурора в судебных стадиях судопроизводства можно подчеркнуть еще и тем, что именно в ходе судебного разбирательства решается вопрос о виновности или невиновности лица, именно в этой стадии принцип состязательности находит наиболее полное выражение, поскольку сторона обвинения и сторона защиты в соответствии с УПК РФ и УПК КНР[5] равноправны перед судом, разрешающим дело по существу.

Однако, по мнению некоторых исследователей, в современном Китае право обвиняемого на справедливый приговор недостаточно обеспечивается, поскольку на стадии судебного разбирательства прокуратура занимает особое место в связи с осуществлением надзора за судебным разбирательством, к тому же между судом и прокуратурой существует принцип распределения обязанностей и личной ответственности, взаимосочетания и взаимного ограничения, который закреплен в ст. 7 УПК КНР [6]. Стоит отметить, что китайское уголовно-процессуальное законодательство не содержит положения о том, что только суд, в соответствии с законом, может признать лицо виновным в совершении преступления и подвергнуть его уголовному наказанию. Оно не признает также презумпции невиновности, т. е. принципа, согласно которому лицо считается невиновным, пока его вина в совершении преступления не будет установлена вступившим в законную силу приговором суда. УПК КНР закрепляет положение, когда решение о виновности принимается органами общественной безопасности или народной прокуратурой, ведущими предварительное следствие. Лицо становится обвиняемым не с момента предъявления ему обвинения, а с момента возбуждения уголовного дела. Таким образом, невооруженным глазом заметен обвинительный уклон в процессуальном отношении к лицу, совершившему преступление.

В данном случае необходимо проанализировать нормы УПК КНР. Так, согласно ст. 153 УПК КНР при рассмотрении народным судом дел, возбужденных государственным обвинением, народная прокуратура должна направить в суд своего представителя для поддержания обвинения. Однако не по всем категориям дел участие государственного обвинителя обязательно, так, государственный обвинитель может не принимать участия в рассмотрении дела, если оно рассматривается по упрощенной процедуре, т.е. по делам, возбужденным государственным обвинением, по которым лицо в соответствии с законом может быть приговорено к лишению свободы на срок до трех лет, аресту, надзору, штрафу, при ясности фактических обстоятельств, полноте доказательств и когда народная прокуратура предлагает либо согласна применить упрощенную процедуру рассмотрения; по делам, которые рассматриваются только по заявлениям; а также по незначительным уголовным делам, по которым у потерпевшего имеются доказательства, свидетельствующие о совершении преступления.

Первым в судебном заседании выступает государственный обвинитель, оглашая обвинительное заключение, после чего в дело могут вступить обвиняемый и потерпевший, которые могут изложить собственное мнение в отношении преступления, совершение которого вменяется по обвинительному заключению. Далее государственный обвинитель может приступить к допросу обвиняемого. Обвиняемого также могут допрашивать (задавать вопросы) потерпевший, истец по дополнительному гражданскому иску, защитник, представитель в процессе, но только с разрешения председательствующего судьи. Судья также может допрашивать обвиняемого (ст. 155). После допроса обвиняемого, суд приступает к допросу свидетелей, экспертов, которым также могут задавать вопросы государственный обвинитель, стороны, защитник, опять же с разрешения председательствующего (ст. 156). После допроса свидетелей, государственный обвинитель, защитник должны предъявить суду вещественные доказательства для их опознания сторонами в деле; не поступившие в суд протоколы показаний свидетелей, экспертные заключения экспертов, протоколы осмотра и другие документы, выступающие в качестве доказательств, которые должны быть оглашены в суде (ст. 157). С разрешения председательствующего государственный обвинитель, стороны в деле и защитник, представитель в процессе могут высказывать свое мнение в отношении доказательств и обстоятельств дела, а также могут вступать друг с другом в прения. После объявления председательствующим об окончании прений обвиняемый имеет право на последнее слово (ст. 160). После последнего слова обвиняемого председательствующий объявляет перерыв, и судебная коллегия проводит обсуждение, где на основе уже установленных фактов, доказательств и соответствующих положений закона выносится приговор (ст. 162).

Согласно ст. 169 УПК КНР, если народная прокуратура обнаружит, что народный суд в ходе рассмотрения дела нарушил установленный законом процессуальный порядок, то она вправе представить мнение об исправлении допущенных нарушений.

Таким образом, в соответствии с китайским уголовно-процессуальным законодательством, как стороне обвинения, так и стороне защиты предоставлены равные процессуальные права. Поэтому, следует не согласиться с мнением о том, что право обвиняемого на справедливый приговор недостаточно обеспечивается.

Российское уголовно-процессуальное законодательство определяет особое место государственного обвинителя в стадии судебного следствия. Положение принципа состязательности требуют обязательного участия в судебном разбирательстве обеих сторон спора. Именно поэтому часть 2 ст. 246 УПК РФ предусматривает обязательное участие государственного обвинителя в судебном разбирательстве уголовных дел публичного и частно-публичного обвинения.

В отношении государственного обвинения руководящая роль принадлежит прокурору, поскольку прокурор ответственен как за предъявление обвинения, так и за его поддержание в суде по каждому конкретному делу. Прокурор выступает руководителем обвинения и на суде, поскольку в решении всех вопросов, связанных с обвинением, последнее слово принадлежит именно ему.

Отметим лишь основные полномочия государственного обвинителя в судебных стадиях российского уголовного судопроизводства.

Полномочия прокурора на предварительном слушании сводятся, в основном, к обоснованию перед судом законности процедуры собирания доказательств. Согласно ч. 4 ст. 235 УПК РФ при рассмотрении ходатайства об исключении доказательства, заявленного стороной защиты на том основании, что доказательство было получено с нарушением требований УПК РФ, бремя опровержения доводов, представленных стороной защиты, лежит на прокуроре.

В подготовительной части судебного заседания государственный обвинитель, как представитель стороны обвинения, вправе в соответствии со ст. 271 УПК РФ заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, экспертов и специалистов, об истребовании вещественных доказательств и документов или об исключении доказательств, полученных с нарушением требований закона.

Наиболее ответственным является участие государственного обвинителя в ходе судебного следствия. Именно здесь, в условиях непосредственности, устности и гласности, государственному обвинителю предоставляется возможность отстаивать перед судом предъявленное подсудимому обвинение.

Так же как и в Китае, государственный обвинитель по УПК РФ излагает обвинение, которое он намерен доказать (ч. 1 ст. 273 УПК РФ). Мнение прокурора, выраженное в обвинительном заключении, определяет пределы судебного разбирательства, поскольку ч. 1 ст. 252 УПК РФ устанавливает, что судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению. Но это не значит, что, однажды предъявив обвинение, государственный обвинитель лишается права по его изменению. В судебном разбирательстве допускается изменение обвинения, но только в сторону его смягчения. Это исходит из положений ч. 2 ст. 252 УПК РФ, согласно которым изменение обвинения допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Государственный обвинитель обязан отказаться от поддержания государственного обвинения, если придет к выводу о недоказанности обвинения. Возможен как частичный, так и полный отказ от обвинения. При этом, если исходить из принципа презумпции невиновности, то для отказа от обвинения прокурору не нужно быть полностью уверенным в невиновности подсудимого. Как отмечал В.М. Савицкий, прокурору «достаточно … утратить убеждение в виновности - не более», абсолютно неприемлема ситуация, когда прокурор, видя, что обвинение необоснованно, пытается «спасти ситуацию» и просит суд изменить квалификацию на более мягкую, ограничиться назначением подсудимому наказания в пределах уже отбытого им срока (если лицо содержится под стражей) или определить ему минимальную меру наказания [7]. Думается, что отказ прокурора от обвинения, есть один из случаев, когда достигается такое предназначение уголовного судопроизводства как отказ от уголовного преследования невиновных.

Особенностью работы прокурора - обвинителя по уголовному делу, рассматриваемому в суде, является также его право самостоятельно собирать доказательства обвинения, допрашивать свидетелей и потерпевших после допроса их полицией, подвергать проверке собранные ею доказательства. Фактически прокурор, поддерживающий обвинение в суде, готовит собственное дело, которое может существенно отличаться от материалов, представленных полицией или иными органами расследования. В результате он хорошо знает содержание имеющихся по делу доказательств, поскольку сам участвовал в их собирании и проверке.

Последним этапом осуществления деятельности, направленной на поддержание государственного обвинения, является участие государственного обвинителя в прениях сторон.

Согласно ст. 292 УПК РФ, прения сторон состоят из речей обвинителя и защитника. При этом, по делам публичного и частно-публичного обвинения в качестве обвинителя законодатель, по нашему мнению, имеет в виду только государственного обвинителя, поскольку возможность участия в прениях потерпевшего законодателем предусматривается особо.

Также как и в Китае, УПК РФ предусматривает право государственного обвинителя на обжалование судебных решений, закрепленное в ст. 354 УПК РФ

В заключение хотелось отметить, что эффективность противодействия преступности определяется эффективностью раскрытия и расследования преступлений, а также эффективностью уголовного преследования в суде, немаловажна в этом роль прокуроров, поддерживающих государственное обвинение, как в России, так и в Китае.

Современное законодательство, определившее новое соотношение функций суда и прокуратуры в судебном разбирательстве, требует иного подхода к проблемам, связанным с организацией и осуществлением поддержания государственного обвинения, разработки научно обоснованных рекомендаций по более активному использованию достижений науки в судебном процессе, опыта работы государственных обвинителей стран азиатско-тихоокеанского региона, в частности Китая.


Литература:

  1. Павлова А.А. Сравнительно-правовой анализ положения органов прокуратуры России, Монголии и КНР. /Сравнительное правоведение в России, Монголии, Китае и Японии-II: материалы международной научной конференции студентов и аспирантов (16 апреля 2010 г.) – Улан-Удэ: БГУ, 2010. С. 54.

  2. Чжан Цзюэ. Прокурор в современном уголовном процессе. Сравнительный анализ законодательства Российской Федерации и Китайской Народной Республики: дис. ... канд. юрид. наук : 12.00.09 М., 2007. Режим доступа: http://www.lib.ua-ru.net/diss/cont/164451.html. Дата обращения: 20.03.2011.

  3. Работа верховной народной прокуратуры в 2005 году. Режим доступа: http://www.ni-hao.ru/info?id=22&pid=82&element=41. Дата обращения: 20.03.2011.

  4. Консультант плюс. Федеральное законодательство [Электронный ресурс].

  5. Уголовно-процессуальный кодекс КНР. Режим доступа: http://www.asia-business.ru/law/law1/criminal/. Дата обращения: 20.03.2011.

  6. Чжан Цзюэ. Там же.

  7. Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. - М.: Наука, 1971. С. 228.



^ СРАВНИТЕЛЬНЫЙ АНАЛИЗ СВЯЗАННЫХ С ЛИШЕНИЕМ ИЛИ ОГРАНИЧЕНИЕМ СВОБОДЫ МЕР ПРЕСЕЧЕНИЯ ПО УПК КНР И РФ


Татьянин Д. В.

Россия, г. Ижевск

Большую роль в борьбе с преступностью, особенно с тяжкими и особо тяжкими преступлениями, играет ограничение права человека на свободу. Оно эффективно применяется на стадии предварительного расследования. Лишение свободы в виде заключения под стражу в той или иной форме используется в большинстве стран мира, его эффективность и необходимость не оспариваются. Только в России, не смотря на излишнюю гуманизацию уголовного и уголовно-процессуального законодательства, по данным федеральной службы исполнения наказаний на 1 января 2011г., в учреждениях УИС содержалось 819,2 тысяч человек1. Кроме мер пресечения, связанных с лишением и ограничением свободы, в целях реализации назначения уголовного судопроизводства, используются и иные меры пресечения. Представляется правильным сравнить сильные и слабые стороны уголовно-процессуального законодательства регулирующего меры пресечения в УПК Китая и России, так как это две страны с богатой историей борьбы с преступностью, являются соседями, и занимают по количеству заключённых второе и третье места в мире2 соответственно. Оба государства развивают законодательство с учетом национальных особенностей развития общества, соответственно в рамках регулирования обозначенного вопроса каждый из уголовно-процессуальных кодексов имеет свои положительные и отрицательные стороны.

Первым, наиболее заметным отличием является сама форма изложения норм. В УПК КНР соответствующие статьи изложены последовательно и лаконично, в российском же кодексе статьи регулирующие данные меры разбавлены многочисленными ссылками. С одной стороны это усложняет российский институт мер пресечения для понимания и восприятия, но с другой регулирует его более подробно.

В УПК Китая в отличие от УПК РФ предусмотрена такая мера пресечения как задержание. По УПК КНР основаниями для задержания являются: попытки совершить самоубийство, скрыться либо совершить побег после совершения преступления; наличие вероятности уничтожения, фальсификации доказательств, либо сговор в даче показаний;
когда лицо не сообщает своего настоящего имени, адреса и его личность не установлена; когда в отношении лица существуют серьезные подозрения в совершении им преступления при побеге, неоднократно либо в составе группы. В тоже время п.3 ст.61 УПК КНР предусматривает возможность задержания, если на теле флица, либо в жилище лица обнаружены доказательства совершенного преступления. П.3 ч.1 ст.91 УПК РФ предусматривая те же причины, указывает кроме них такое основание как наличие следов преступления ещё и на одежде.

Первоначальный же срок задержания органом общественной безопасности подозреваемого по УПК КНР составляет 10 дней (3 дня обычного срока плюс 7 дней для рассмотрения народной прокуратурой ходатайства об избрании заключения под стражу), однако законом предусмотрено продление до 14 дней, а максимальное продление срока допускается до 37 дней этим же органом общественной безопасности. Причем, на практике в КНР с момента действия нового УПК КНР 1996 года почти все подозреваемые по уголовным делам задерживаются органом общественной безопасности на срок 37 дней1. В тоже время в ст.9 закона КНР «О народной полиции» указано, что период задержания допрашиваемого лица не должен превышать 24 часов с того момента, как он или она доставлен(а) в органы общественной безопасности. В особых случаях этот срок может быть увеличен до 48 часов. Согласно ч.2 ст.22 Конституции РФ до судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов. Согласно п.3 ч.7 ст.108 УПК РФ суд может продлить срок задержания ещё на 72 часа, но только для представления дополнительных доказательств обоснованности или необоснованности избрания меры пресечения в виде заключения под стражу. Таким образом, законодательство КНР в данном вопросе, несомненно, более прогрессивно и адекватно, так как позволяет задерживать подозреваемых по большему числу оснований и продлять срок задержания на период достаточный для выполнения самых сложных следственных действий, в том числе сбора доказательств по делам об организованной преступности. Кроме того данная практика позволяет обеспечить изоляцию подозреваемого – лица, повторно совершившего преступление, при расследовании преступлений по делам небольшой сложности на весь период следствия, не прибегая к процедуре заключения под стражу и не применяя менее надёжных мер пресечения. Следует отметить, что в отличие от китайского российский законодатель не отнес задержание к числу мер пресечения.

Наиболее эффективной мерой пресечения является заключение под стражу. Не смотря на менее урегулированную процедуру его применения, УПК КНР в данном вопросе более прогрессивен и эффективен. Во-первых, УПК РФ предусматривает целый ряд в большинстве своём не оправданных ограничений усложняющих применение данной меры пресечения в отношении ряда категорий лиц, таких как несовершеннолетние, лица совершившие преступления за которые предусмотрено наказание меньшее, чем 2 года лишения свободы, и в отношении отдельной категории лиц предусмотренной главой 52 УПК РФ, а также в отношении лиц совершивших некоторые экономические преступления.. В Китае заключение под стражу может применятся к подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений за которые УК КНР предусматривает наказание в виде лишения свободы, и более нет ни каких ограничений, кроме вполне логичного права передать подозреваемого и обвиняемого страдающего тяжелой болезнью либо беременную или кормящую грудью женщину под поручительство либо наблюдение по месту жительства2.

Во-вторых, Конституция РФ и УПК РФ предусматривают применение меры пресечения в виде заключения под стражу только по судебному решению, а ст. 59 УПК КНР предусматривает, что заключение под стражу производится органами общественной безопасности с санкции народной прокуратуры в стадии предварительного расследования и по постановлению народного суда в стадии судебного разбирательства. Данная практика значительно упрощает и ускоряет применение заключения под стражу на досудебной стадии, в отличии от принятой в российском законодательстве громоздкой процедуры, которая занимает большое количество времени и требует выполнение ряда условий и формальностей. Хотя и процедура вынесения народной прокуратурой решения о применении меры пресечения в виде заключения под стражу многоступенчата и может занимать несколько дней, но при этом для лица, непосредственно ведущего следствие нагрузка и траты времени гораздо меньше.

В то же время согласно ст.109 УПК РФ предельный срок содержания под стражей составляет 18 месяцев, тогда как согласно УПК КНР предельный срок следствия и содержания под стражей составляет всего 7 месяцев, что не позволяет эффективно расследовать дела многоэпизодные, большой сложности, и с участием большого количества лиц. Но в то же время согласно ст. 227 Инструкции народной прокуратуры КНР от 21 сентября 1999 года в уголовном процессе Верховная народная прокуратура с санкции Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей может принять решение о продлении срока содержания под стражей на неопределенный срок по уголовным делам об особо важных и сложных преступлениях. Российские органы предварительного следствия, к сожалению, не имеют аналогичной возможности продления срока содержания под стражей, свыше установленного законом предельного срока.

В отличие от УПК КНР, по которому при отказе в удовлетворении ходатайства органа общественной безопасности об избрании в отношении подозреваемого заключения под стражу народная прокуратура не может по своему усмотрению избрать в отношении подозреваемого меру процессуального принуждения в виде передачи под поручительство до судебного разбирательства, либо наблюдения по месту жительства, в УПК РФ судья по собственной инициативе вправе при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ, и с учетом обстоятельств, указанных в ст. 99 УПК РФ, избрать в отношении подозреваемого или обвиняемого меру пресечения в виде залога или домашнего ареста.

Домашний арест по УПК РФ и наблюдение по месту жительства по УПК КНР являются физически-принудительной мерой процессуального принуждения, которые строго ограничивают права и свободы подозреваемого (обвиняемого). Некоторые правила применения указанных мер процессуального принуждения по УПК РФ и УПК КНР отличаются друг от друга.

В соответствии со ст. 107 УПК РФ домашний арест заключается в ограничениях, связанных со свободой передвижения подозреваемого, обвиняемого, а также в запрете: общаться с определенными лицами; получать и отправлять корреспонденцию; вести переговоры с использованием любых средств связи. Домашний арест ограничивает обвиняемого в свободе передвижения – ему может быть запрещено постоянно или в определенное время: покидать жилое помещение, здание, участок территории; посещать определенные места; выходить из жилого помещения без сопровождения.

По УПК КНР наблюдение по месту жительства в качестве меры принуждения избирается при следующих основаниях и условиях: 1. лицо может быть приговорено к надзору, уголовному аресту либо к лицу может быть самостоятельно применен дополнительный вид уголовного наказания;
2. лицо может быть приговорено к наказанию в виде лишения свободы на определенный срок и когда наблюдение по месту жительства не сможет привести к возникновению опасности для общества. Но нередко наблюдение по месту жительства применяется тогда, когда подозреваемый, обвиняемый не может предоставить поручителя либо внести деньги в качестве залога.

Согласно статье 57 УПК КНР находящиеся под наблюдением по месту жительства, подозреваемые и обвиняемые обязаны:

1) без разрешения исполнительных органов не покидать место жительства, а проживающим в непостоянном месте жительства, без разрешения покидать назначенное для проживания место;

2) без разрешения исполнительных органов не встречаться с другими людьми;

3) своевременно являться на допросы;

4) не препятствовать каким-либо образом даче свидетелями показаний;

5) не уничтожать, не фальсифицировать либо не вступать в сговор в даче показаний.

В случае серьёзного нарушения лицо, к которому применено наблюдение по месту жительства подлежит заключению под стражу.

При всей схожести данных мер пресечения в УПК КНР отсутствуют запреты, на право на получение и отправку корреспонденции, и ведение переговоров с использованием средств связи. Следует обратить внимание, что при избрании наблюдения по месту жительства УПК КНР, в отличие от УПК РФ, устанавливает все указанные в законе запреты без исключения.

Согласно ч.2 ст.107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается в отношении подозреваемого или обвиняемого по решению суда. По ст.50 УПК КНР наблюдение по месту жительства избирается не только судом, но и народной прокуратурой и органами общественной безопасности.

Сравнивая вышеуказанные нормы регулирующие применение мер пресечения двух стран можно сделать следующие выводы.

  1. Уголовно-процессуальное законодательство Китая гораздо менее подробно регулирует вопросы связанные с применением указанных мер.

  2. Сами процедуры задержания, заключения под стражу и наблюдения по месту жительства в УПК КНР в большинстве проще и доступнее для правоприменителя, отсутствует ряд излишних условий и формальностей.

  3. В УПК Китая отсутствуют дискриминационные нормы, предоставляющие в российском законодательстве некоторым категориям лиц льготы, которые в ряде случаев являются абсолютно излишними и препятствующими процессу предварительного расследования.

  4. Российскому законодателю в целях повышения эффективности борьбы с преступностью необходимо стремится к увеличению сроков задержания и возможности продления сроков заключения под стражу сверх 18 месяцев.

  5. Китайскому законодателю в целях повышения эффективности борьбы с преступностью необходимо стремится к увеличению сроков заключения под стражу.

  6. Уголовно-процессуальное законодательство Китая за счёт большего количества органов имеющих право на применение мер пресечения связанных с лишением и ограничением свободы более ориентировано на борьбу с преступностью, в то время как российский законодатель, к сожалению, ориентирован на защиту прав и свобод обвиняемых и подозреваемых в ущерб правам потерпевших и безопасности государства и общества вследствие чего применение вышеозначенных мер пресечения идёт через суд или контролируется судом.

Подводя итог, можно сказать, что уголовно-процессуальное законодательство РФ и КНР имеет много общего и одновременно располагает большими возможностями для взаимовыгодного заимствования норм права.


ювенальные суды в России И КИТАЕ:

сравнительно-правовой анализ


Доржиева В. А.

Россия, г. Улан-Удэ

В условиях окончательно не сформировавшейся российской системы ювенальной юстиции, в частности ювенального правосудия, значим опыт других государств. Особый интерес российского правоприменителя вызывает практика отправления правосудия по делам о преступлениях несовершеннолетних в соседней Китайской Народной Республике, которая испокон веков считается образцом крепкой семьи и правильного воспитания детей.

Сравнительно-правовые исследования вопросов, касающихся борьбы с преступностью несовершеннолетних, правосудия по делам о преступлениях несовершеннолетних, характеризуются трудностями, вызванными недостаточным количеством литературы на русском языке и отсутствием данных о реальном положении дел в указанной области в КНР.

Рост преступности несовершеннолетних является волнующей проблемой, как в России, так и в Китае. К сожалению, преступность несовершеннолетних в Китае возрастает ежегодно на 12% [9]. Несовершеннолетними в китайском государстве признаются лица, не достигшие возраста 18 лет, их количество достигает 400 млн., что составляет треть всего населения страны [10, с. 88].

Большую обеспокоенность китайского общества вызывает «поколение 90-х» («after 90» generation). Преступления, совершаемые представителями этого поколения, носят выраженный насильственный, спонтанный, групповой характер. Пи Йи-Джун (Pi Yi-jun), директор Центра исследования преступности несовершеннолетних Китайского университета политологии и права, убежден, что уровень преступности несовершеннолетних отражает «болезнь» взрослого населения. Считает, что основными причинами роста преступности несовершеннолетних являются общественные изменения, социальные проблемы, наблюдающиеся в Китае на протяжении последних десятков лет [7, с. 3].

Обращение к истории становления китайского ювенального правосудия показывает, что первая ювенальная судебная коллегия (трибунал) была основана в 1984 году в народном суде Шанхая. Сейчас специальные составы судей образованы во всех провинциях Китая. Российские суды пошли по пути введения специализации судей по рассмотрению дел с участием несовершеннолетних. Например, в Свердловской области РФ такая специализация судей действует около 50 лет - с 1962 года [11, с. 29]. Верховным Судом РФ рекомендовано доверять отправление правосудия в отношении несовершеннолетних наиболее опытным судьям [2]. Между тем, создание ювенальных судов как специализированных судов предусматривалось еще в 1991 г. Концепцией судебной реформы в Российской Федерации [1]. В настоящее время ювенальные суды на территории РФ не созданы, действуют только в виде экспериментальных площадок в условиях отсутствия судоустройственного законодательства.

В целях защиты несовершеннолетних и предотвращения преступности несовершеннолетних в КНР приняты два важных законодательных акта, которые составляют основу формирующегося ювенального законодательства.

Закон КНР о защите несовершеннолетних (Law on the Protection of Minors) принят 04 сентября 1991 года [5]. Семь параграфов закона, включающие в себя 56 статей, посвящены защите физического и психического здоровья, законных прав и интересов несовершеннолетних. Данный закон направлен на всестороннее (духовное, интеллектуальное, физическое) развитие детей. В отношении несовершеннолетних, оказавшихся в конфликте с законом, реализуется политика перевоспитания и убеждения, цели которой достигаются путем использования в качестве основного метода – воспитания, обучения, труда, а наказание используется лишь как дополнительная мера (ст. 38 Закона КНР о защите несовершеннолетних).

В связи с беспокойством китайского общества по поводу роста уровня преступности в целом и увеличивающего числа молодежи, демонстрирующей противоправное поведение (которое в Китае еще называют «нездоровым» - «unhealthy»), китайское правительство в 1999 году приняло Закон о предупреждении преступности несовершеннолетних (Law on Preventing Juvenile Delinquency) [6]. В отличие от закона 1991 года, предусматривавшего меры по защите всех категорий несовершеннолетних, в том числе «преступивших закон», акт 1999 года является специальным, имеющим конкретную цель - предотвращение противоправного поведения подростков, еще не преступивших уголовный закон.

Несмотря на наличие специальных законов, и некоторых правил, предусматривающих особое отношение к несовершеннолетним, ювенальное судопроизводство в КНР пока не обрело отчетливой формы. Уголовное преследование несовершеннолетних в Китае, также как и в России, не отделено от системы уголовного преследования в отношении взрослых. Современное уголовное судопроизводство Китая включает в себя три этапа: расследование, обвинение и судебное разбирательство. Суды в Китае являются народными, имеют четыре ступени: суды первого звена, среднего, высшего звеньев и Верховный Суд КНР.

Основу законодательства, касающегося отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, образуют УК КНР [3] и УПК КНР [4].

Минимальный возраст привлечения к уголовной ответственности согласно ст. 17 УК КНР – 14 лет. Лица, не достигшие 14-тилетнего возраста, не могут быть субъектами преступлений, однако являются субъектами применения административных мер со стороны китайской полиции. Несовершеннолетние в возрасте от 14 до 16 лет могут быть привлечены к уголовной ответственности за совершение ряда тяжких преступлений. Несовершеннолетние, достигшие возраста 16-ти лет, несут полную уголовную ответственность, но имеют право на снисхождение при назначении наказания.

Отличающееся суровостью санкций уголовное законодательство КНР претерпело серьезные изменения за последние годы, подвергается либерализации, гуманизации уголовное наказание в отношении всех лиц, в особенности - в отношении несовершеннолетних. Ст. 49 УК КНР устанавливает запрет на применение смертной казни к лицам, не достигшим на момент совершения преступления возраста 18 лет. Так было не всегда, вплоть до мая 1996 года практика осуждения несовершеннолетних к смертной казни существовала в КНР, пока Комитет ООН по правам ребенка не выразил беспокойство по поводу применения наказания в виде смертной казни к несовершеннолетним с отсрочкой исполнения казни до достижения ими совершеннолетия.

Сравнение уголовного судопроизводства КНР и РФ обнаруживает некоторые сходства двух систем, вместе с тем наблюдается существенная разница. Рассмотрим некоторые из них. В структуре двух основных российских законов выделены вопросы, регулирующие производство в отношении несовершеннолетних, – раздел V УК РФ и глава 50 УПК РФ. В УК КНР и УПК КНР отдельных глав, разделов, посвященных несовершеннолетним, нет.

Определенный интерес представляет сопоставление порядка участия в производстве по уголовному делу защитника в российском и китайском законодательстве. Уголовное дело в отношении несовершеннолетнего должно быть рассмотрено с обязательным участием защитника-адвоката, даже в случае отказа от него (ст. 51 УПК РФ). В соответствии с положениями ст. 49 УПК РФ защитник (адвокат, один из близких родственников обвиняемого, иное лицо, о допуске которого ходатайствует обвиняемый) в подавляющем большинстве случаев участвует в уголовном деле с момента возбуждения уголовного дела в отношении конкретного лица. УПК КНР, напротив, не предусматривает такого права подозреваемого, обвиняемого. Зачастую на практике адвокат или общественный защитник вступает в дело только после поступления дела в суд. Суд полномочен, принять решение по существу в отсутствие какого-либо защитника. Исключение из этого правила касается несовершеннолетних (наряду со слепыми, глухими и немыми), которым народный суд обязан назначить защитника (ст. 34 УПК КНР).

Анализ законодательств двух стран позволяет сделать вывод, что в российском государстве в целом право на защиту обеспечено в большей степени, более соответствует международным стандартным. Отрадно, что китайское законодательство, как и российское, в части регулирования вопросов, направленных на защиту прав несовершеннолетних, имеет тенденцию к положительным изменениям.

Интерес вызывает еще один аспект изучаемого вопроса: порядок участия в производстве по уголовному делу законных представителей несовершеннолетних. Согласно второму абзацу ст. 14 УПК КНР в случае, если преступление совершает лицо, не достигшее 18-ти лет, о явке на допрос и о явке в судебное заседание наряду с обвиняемым может быть уведомлен его законный представитель. Российское законодательство и уголовно-процессуальная политика рассмотрения уголовных дел в отношении несовершеннолетних ушли значительно дальше. В соответствии со ст. 426 УПК РФ законные представители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого допускаются к участию в уголовном деле с момента первого допроса несовершеннолетнего. Положения ч. 3 ст. 423 УПК РФ обязывают соответствующие должностные лица незамедлительно извещать законных представителей несовершеннолетнего о его задержании.

В дополнение к национальному законодательству Верховным Народным Судом КНР разработаны некоторые рекомендации, основной смысл которых заключается в утверждении, что «несовершеннолетние не должны осуждаться наравне со взрослыми» [10].

Невозможно в рамках одной статьи детально изложить подробный и глубокий сравнительно-правовой анализ систем ювенального правосудия двух стран, между тем, даже на основании вышесказанного можно сделать некоторые выводы. Сравнение основных нормативно-правовых актов уголовно-процессуального законодательства обоих стран показывает, что российский УПК, имея в своей структуре отдельную главу, посвященную производству в отношении несовершеннолетних, по отношению к УПК КНР позволяет более дифференцированно подходить к судопроизводству в отношении несовершеннолетних. То же самое касается уголовного законодательства рассматриваемых стран. Российский законодатель характеризуется более прогрессивными идеями. Но в целом политика двух государств в исследуемой сфере нацелена на максимальную защиту прав и законных интересов несовершеннолетних, пусть и преступивших закон. Обе страны выражают беспокойство по поводу роста преступности несовершеннолетних, характерной чертой уголовного и уголовно-процессуального законодательства, судебной практики двух стран является особое, снисходительное отношение к несовершеннолетним.


Литература:

  1. О Концепции судебной реформы в РСФСР [Текст]: Постановление ВС РСФСР от 24.10.1991 №1801-1 // Ведомости СНД и ВС РСФСР.- 31.10.1991.- №44.- Ст. 1435.

  2. О судебной практике применения законодательства, регулирующего особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних [Текст]: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01.02.2011 №1 // Российская газета.- №29.- 11.02.2011.
Criminal Law of the People's Republic of China (Adopted on July 1, 1979) / National Bureau of Corruption Prevention of China (Официальный сайт Национального бюро Китайской Народной Республики по предупреждению коррупции) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.nbcp.gov.cn/article/English/LawsRegulations/200904/20090400002213.shtml.– Дата обращения: 05.04.2011.

  1. Criminal Procedure Law of the People`s Republic of China (Adopted on January 1, 1997) / The Supreme People`s Court of the People`s Republic of China (Официальный сайт Верховного Народного Суда Китайской Народной Республики) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://en.chinacourt.org/public/detail.php?id=2693. – Дата обращения: 05.04.2011.

  2. Law of the People's Republic of China on the Protection of Minors / The Supreme People`s Court of the People`s Republic of China (Официальный сайт Верховного Народного Суда Китайской Народной Республики [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://en.chinacourt.org/public/detail.php?id=128. - Дата обращения: 16.03.2011.

  3. Law on Preventing Juvenile Delinquency / Novexcn.com – Your On-line China Law Resource (Cайт «Novexcn.com» - Ваш онлайн источник китайского законодательства [Электронный ресурс]. - Режим доступа: http://www.novexcn.com/juvenile_delinquency99.html. - Дата обращения: 16.03.2011.

  4. Changing Trend of Juvenile Crime: Rise of “After `90” Criminal Behavior / China Justice News Update [Текст] // Program in Criminal Jusice Policy and Management. – 2009. - №51. – С. 3-4.

  5. Juvenile Crime Fact Sheet [Текст] / by Stacy Mosher // China Rights Forum. – 2004. - №4. – С. 39.

  6. Leslie J. Rosenberg. The Globalization of Justice: My Experience as a Volunteer Public Defender in China // Champion Magazine (The National Association of Criminal Defense Lawyers) [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.nacdl.org/public.nsf/01c1e7698280d20385256d0b00789923/a19aba9a7fdc92c1852576aa0065c0c4?OpenDocument. – Дата обращения: 04.04.2011.

  7. Organized System, Current Situation and Development of Chinese Juvenile Tribunal [Текст] / by China Women Judges Association // Тhe Seventh Biennial Conference of the International Women Judges: conference report (09-13 May, 2004). - Entebbe, Uganda. – С. 87-92.

  8. Справка по результатам обобщения информации судов субъектов РФ об использовании ювенальных технологий судами общей юрисдикции // Вопросы ювенальной юстиции. - 2010. - №6. - С. 29-32.



ОСОБЕННОСТИ РАССМОТРЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ В СУДЕ ПЕРВОЙ ИНСТАНЦИИ по уголовно-процессуальному законодательству Китайской Народной Республики и Российской Федерации


Сандакова Л.Б.

^ Россия, г. Улан-Удэ


Рассмотрение уголовного дела, т. е. установление фактических обстоятельств дела и их правовая оценка, составляет правоприменительную деятельность суда в рамках судебного разбирательства и, главным образом, на этапе судебного следствия. Судебное следствие - это этап судебного разбирательства, в ходе которого стороны последовательно излагают свою позицию по существу уголовного дела и доказывают ее путем представления доказательств и их проверки при участии суда.

Общим в уголовно-процессуальных нормах законодательств КНР и РФ является то, что порядок судебного следствия существенно зависит от принципов состязательности и равноправия сторон, положенных в основу отправления правосудия. Уголовно-процессуальное законодательство России и Китая имеет много общих черт.

Анализ действующих в указанных странах норм целесообразно произвести путем системного сравнения, а именно путем сравнения норм, содержащихся в ст.ст. 155-160 УПК КНР и главе 37 УПК РФ (ст. ст. 273-291).

Судебное следствие по российскому уголовно-процессуальному законодательству, как известно, начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения, а по уголовным делам частного обвинения - с изложения заявления частным обвинителем. После чего председательствующий опрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение (ч. 2 ст. 273 УПК РФ). Удостоверившись, что сущность обвинения подсудимому понятна, председательствующий спрашивает, признает ли подсудимый себя виновным и желает ли он или его защитник выразить свое отношение к предъявленному обвинению. При желании подсудимый или его защитник, выражая свое отношение к предъявленному обвинению, могут изложить и мотивировать свое мнение относительно законности, обоснованности и справедливости предъявленного обвинения.

Представляется, что вступительное заявление подсудимого и защитника должно содержать лишь краткую и обобщенную оценку обвинения, они не могут здесь вдаваться в детальные вопросы оценки конкретных доказательств и уголовно-правовой квалификации, т.е. подменять вступительное заявление выступлением, фактически предвосхищающим заключительные прения.

Согласно ст. 155 УПК КНР: «После оглашения государственным обвинителем в суде обвинительного заключения обвиняемый и потерпевший могут изложить собственное мнение в отношении преступления, совершение которого вменяется по обвинительному заключению…». В КНР судебное следствие начинается также с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения. Однако по УПК КНР свое отношение к предъявленному обвинению может выразить и потерпевший.

Так же следует отметить, что УПК РФ в отличие от УПК КНР после изложения государственным обвинителем предъявленного обвинения предоставляет судье возможность задать подсудимому вопрос: понятно ли ему обвинение, признает ли он себя виновным и желает ли он или его защитник выразить свое отношение к предъявленному обвинению.

В УПК РФ законодатель специально остановился на разрешении вопроса о порядке и последовательности исследования доказательств в ходе судебного разбирательства. Представляется, что это связано с проблемами обеспечения подлинной состязательности судебного следствия, равноправия сторон процесса, их процессуальной активностью в ходе следствия и обеспечением независимости суда от обвинения и занятой обвинителем позиции по делу [3, с. 4]. Первой по закону представляет доказательства сторона обвинения. После их исследования подлежат представлению доказательства защиты (ч. 2 ст. 274 УПК РФ). Представление доказательств осуществляется посредством производства на суде соответствующих процессуальных действий. Центральное место в исследовании доказательств в судебном следствии в судах КНР и РФ занимают допросы. Различие заключается в том, что в УПК РФ предусмотрен допрос потерпевшего.

В соответствии с ч. 1 ст. 275 УПК РФ при согласии подсудимого дать показания первыми его допрашивают защитник и участники судебного разбирательства со стороны защиты. Затем наступает очередь обвинителя и участников судебного разбирательства со стороны обвинения. Лишь после допроса подсудимого сторонами вопросы подсудимому задает суд. Равным образом суд не должен задавать вопросы одновременно со стороной, допрашивающей подсудимого [2, с. 408]. Порядок допроса свидетелей и эксперта схож с порядком допроса подсудимых.

Дословно по тексту российского закона суд после допроса сторонами вправе лишь задать вопросы подсудимому, потерпевшему, свидетелю, а не допросить их. В КНР порядок проведения допроса закреплен в ст. ст. 155, 156 УПК КНР. В соответствии со ст. 155 УПК КНР «… государственный обвинитель может допросить обвиняемого», «потерпевший, истец по дополнительному гражданскому иску, защитник, представитель в процессе с разрешения председательствующего могут задавать вопросы обвиняемому. Судья может допросить обвиняемого». В ст. 156 УПК КНР предусмотрен допрос свидетелей и эксперта.

Особенностью производства допроса, присущей как законодательству РФ, так и КНР, является то, что при допросе обвиняемого, свидетеля, эксперта суд никогда не начинает допрос, поскольку допрос этих лиц проводится, прежде всего, сторонами. Суд не лишен права задавать вопросы допрашиваемому лицу, но всегда задает вопросы последним, т.е. после того как стороны закончили свой допрос. Это согласуется с той ролью председательствующего, которая определена в ч. 1 ст. 243 УПК РФ: «Председательствующий руководит судебным заседанием, принимает все предусмотренные законом меры по обеспечению состязательности и равноправия сторон».

Анализ позиций сторон судебного разбирательства в РФ позволяет считать, что вопросы суда (судьи) не должны идти дальше, чем процессуальная активность стороны обвинения. На практике это может означать, что если государственный обвинитель по каким-либо причинам не поставил перед подсудимым или свидетелем должные вопросы и не привел в ходе допросов доказательства, которые поддерживают обвинительное заключение, то суд не вправе помогать стороне обвинения в выполнении данной задачи. Как указал Конституционный Суд РФ, возложение же на суд обязанности в той или иной форме подменять деятельность стороны обвинения по осуществлению функции обвинения не согласуется с предписанием ст. 123 Конституции РФ о состязательности судопроизводства и препятствует независимому и беспристрастному осуществлению правосудия [1]. Важно отметить, что закон не представляет председательствующему права перебивать стороны, допрашивающие подсудимого, а также и самого подсудимого в период его допроса сторонами. Также обстоит дело и со стороной защиты.

Производство других следственных действий при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции предусмотрено в ст. 157 УПК КНР. Как следует из данной нормы: «государственный обвинитель, защитник должны предъявить суду вещественные доказательства для их опознания сторонами в дел; не поступившие в суд протоколы показаний свидетелей, экспертные заключения экспертов, протоколы осмотра и другие документы, выступающие в качестве доказательств, должны быть оглашены в суде. Судья должен заслушать мнения государственного обвинителя, сторон в деле и защитника, представителя в процессе».

В российском уголовном процессе могут производиться действия, связанные с осмотром вещественных доказательств (ст. 284 УПК РФ) и оглашением протоколов следственных действий и иных документов (ст. 285 УПК РФ). Осмотр вещественных доказательств производится по ходатайству сторон. Суд должен рассмотреть ходатайство стороны и удовлетворить его либо вынести определение или постановление об отказе в удовлетворении ходатайства.

В отличие от УПК КНР согласно ч. 1 ст. 86 УПК РФ суд вправе собирать доказательства, поэтому, если имеется какой-либо предмет, осмотр которого может иметь существенное значение для дела, но стороны не заявляют ходатайств о его осмотре, то суд вправе по собственной инициативе осмотреть этот предмет, после чего решить вопрос о признании (или непризнании) его вещественным доказательством.

Таким образом, можно сделать вывод, что исследование доказательств по УПК КНР и УПК РФ, т. е. осмотр вещественных доказательств и оглашение документов, в целом аналогично. Для этих весьма распространенных и в высшей степени важных судебных действий характерным является, прежде всего, стремление поставить их совершение в прямую зависимость от волеизъявления сторон, оттеснить на второй план суд (судью). Вместе с тем правила, регламентирующие эти действия, в достаточной мере обеспечивают сторонам, в первую очередь, подсудимому и его защитнику возможность активно участвовать в судебном исследовании соответствующих доказательств [4, с. 234].

Уделено в уголовно-процессуальном законодательстве РФ внимание также иным действиям, которые иногда выполняются в ходе судебного следствия, - производству судебной экспертизы (ст. 283 УПК РФ), осмотру местности и помещения (ст. 287 УПК РФ), следственному эксперименту (ст. 288 УПК РФ), предъявлению для опознания (ст. 289 УПК РФ) и освидетельствованию (ст. 289 УПК РФ). В УПК КНР некоторые из таких следственных действий отражены в ст. 158: «народный суд в ходе осуществления следственной проверки доказательств может проводить осмотры, освидетельствования, арестовывать имущество, проводить экспертизы и опросы, блокировать счета».

По российскому законодательству осмотр производится судом, ход и результаты которого фиксируются в протоколе. Так же помимо осмотра в судебном заседании может быть проведено освидетельствование. В УПК КНР не нашли своего закрепления следственный эксперимент и предъявление для опознания, но допускается производство в ходе судебного следствия ареста имущества и блокировка счета.

Окончание судебного следствия в РФ может произойти «по окончании исследования представленных сторонами доказательств» (ч. 1 ст. 291 УПК РФ). Объявление об окончании судебного следствия председательствующий может сделать после того, как он, опросив стороны, «не желают ли они дополнить судебное следствие», получит от них отрицательный ответ. В случае заявления ходатайств о дополнении судебного следствия суд выслушивает мнение сторон и удовлетворяет или отказывает в их удовлетворении. После отказа в удовлетворении такого ходатайства (когда обстоятельство, о выяснении которого просит сторона, суд признает не имеющим значения для дела) председательствующий объявляет об окончании судебного следствия. В случае удовлетворения ходатайства о дополнении судебного следствия оно продолжается. Под дополнением судебного следствия понимается проведение дополнительных судебных следственных действий по собиранию и проверке доказательств, а также приобщение судом к делу по ходатайству сторон новых предметов и документов в качестве доказательств. После выполнения судебных действий, связанных с удовлетворением ходатайств, председательствующий объявляет судебное следствие оконченным.

По смыслу ст. 159 УПК КНР окончание судебного следствия аналогично российскому, т. е. «в ходе судебного разбирательства стороны в деле и защитник, представитель в процессе вправе ходатайствовать о вызове в суд новых свидетелей, о получении новых вещественных доказательств, о проведении новых экспертиз либо осмотров. По заявленным выше ходатайствам суд должен вынести постановление об их удовлетворении либо об отказе в их удовлетворении». При этом УПК РФ в отличие от УПК КНР четко определяет этапы судебного разбирательства, регламентируя в нормах законодательства начало и окончание судебного следствия.

Как отмечалось выше, уголовно-процессуальное законодательство в России и Китае имеет общие черты, что объясняется действующим в обоих государствах принципом - суд в состязательном процессе не должен подменять стороны и проявлять активность в судебном разбирательстве по установлению фактических обстоятельств дела. Кроме того, немаловажен тот факт, что КНР и РФ при реализации правовых реформ ориентируются на международные стандарты.


Литература:

  1. Постановление КС РФ от 20 апреля 1999 г. «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой ст. 232, части четвертой ст. 248 и части первой ст. 258 УПК РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда города Нижнего Новгорода» // Российская Газета. - 27.04.1999. - № 80.

  2. Смирнов А.В., Калиновский К.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. Постатейный / А.В. Смирнов, К.Б. Калиновский. - М.: Кнорус, 2007. - 538 с.

  3. Соловей А.А. Некоторые особенности судебного следствия по новому УПК РФ [Электронный ресурс]. / А. А. Соловей // Журнал «lawmix»: актуальная правовая информация. - 2006. - Режим доступа: http://www.lawmix.ru/comm/2623/. Дата обращения: 01.04.2011;

  4. Уголовный процесс. Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / ред. К.Ф. Гуценко. – М.: Зерцало, 2005. - 353 с.



^ РЕГУЛИРОВАНИЕ ОРД И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ РЕЗУЛЬТАТОВ ОРМ «ОПЕРАТИВНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ» В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ НЕКОТОРЫХ ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАН


Шашин Д. Г.

Россия, г. Иркутск


Уголовные дела о преступлениях коррупционной направленности (дача-получение взятки) возбуждаются в основном по результатам оперативно-розыскной деятельности. По данным различных исследователей это происходит в 90% случаев. В России действует довольно давно Федеральный закон от 12.08.1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Закон «Об ОРД» России), который является основным нормативным актом, регламентирующим оперативно-розыскную деятельность. Вместе с тем, многие ученые и практики критически относятся к некоторым положениям этого закона и отмечают его недостатки[7]. В частности авторами отмечается, что целесообразно, чтобы в Законе об ОРД были даны определения ОРМ, дана более детальная процедура использования результатов ОРД в уголовном процессе и т.д.

Нами предпринята попытка в рамках метода сравнительного правоведения изучить вопросы регулирования ОРД и использования ее результатов в некоторых странах (республиках), таких как Молдова, Азербайджан, Таджикистан, Кыргызстан, Казахстан, Беларусь, Украина, Туркменистан.

Законодательство об ОРД этих стран по многим положениям схоже с законодательством об ОРД России и хотя несколько отличается от российского, но влияющий фактор – «союз» в прошлом с нашей страной просматривается в правотворческой деятельности этих стран. Однако в законодательных актах рассматриваемых стран существует и много новелл, которые могут быть использованы в правотворческой деятельности России по регулированию оперативно-розыскной деятельности.

1.Определение понятия оперативно-розыскного мероприятия дается лишь некоторых законах:

- в ст.1 Закона «Об ОРД» Туркменистана: «Оперативно-розыскное мероприятие - это отдельное гласное или негласное действие органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность для выполнения задач, определенных настоящим Законом. При этом ОРМ проводятся только тогда, когда иным путем невозможно обеспечить выполнение задач ОРД»[1];

- в ст.11 Закона «Об ОРД» Казахстана: «ОРМ - это действия органов, осуществляющих ОРД, в пределах своей компетенции, направленные на решение задач, предусмотренных ст. 2 настоящего Закона» [2];

2. В некоторых странах ОРМ именуются оперативно-розыскными мерами, а не мероприятиями (например, Азербайджан, Украина).

Как и у нас, в законодательстве этих стран нет определений видов ОРМ, за исключением Законов «Об ОРД» Республики Беларусь[3] и Кыргызской Республики[4].

В ст. 2 обоих указанных законов содержатся основные понятия, используемые в этих законах, в том числе и определения видов ОРМ. При этом ОРМ «Оперативный эксперимент» определяется следующим образом:

а) Беларусь: «Оперативный эксперимент - искусственное создание обстановки, максимально приближенной к реальности, с целью вызвать определенное событие либо воспроизведение события или проведение определенных опытов в полностью управляемых условиях и под контролем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, с вовлечением лица, в отношении которого имеются данные о противоправной деятельности, без уведомления его об участии в оперативном эксперименте в целях подтверждения совершения данным лицом противоправных действий, а также предупреждения, выявления, пресечения и раскрытия тяжкого преступления или преступления, могущего принести вред национальной безопасности»;

б) Кыргызстан: «Оперативный эксперимент - конспиративное наблюдение за объектом оперативно-розыскной деятельности, специально созданных, полностью управляемых или контролируемых условиях, с целью получения оперативной информации».

В ст. 10 Закона «Об ОРД» Азербайджана это ОРМ определено так: «оперативный эксперимент, то есть применение модели поведения, имитирующей преступную деятельность».

В свою очередь, Законы «Об ОРД» Казахстана и Молдовы не содержат ОРМ с таким названием. Закон «Об ОРД» Казахстана содержит в ст. 11. ОРМ «Применение модели поведения, имитирующей преступную деятельность», а Закон «Об ОРД» Молдовы в ст. 6 содержит право органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, соблюдая правила конспирации, контролировать передачу вымогаемых денег или других материальных ценностей. Закон «Об ОРД» Туркменистана вообще не содержит ОРМ похожего на оперативный эксперимент.

Включение в Закон «Об ОРД» России отдельной статьи, по аналогии с УПК РФ содержащей основные понятия, используемые в законе, значительно бы упростило практику его применения, однако мы лишь ограничимся этим предложением, так как разработка конкретных предложений по этому направлению не является целью настоящей статьи.

3. В некоторых законодательных актах этих стран ряд ОРМ санкционируются прокурором (Украина): «Оперативно-розыскные меры, связанные с временным ограничением прав человека, проводятся с санкции прокурора в целях предотвращения тяжких преступлений, их пресечения и раскрытия, розыска лиц, уклоняющихся от отбывания уголовного наказания или без вести пропавших, пресечения разведывательно-подрывной деятельности против Украины»[5].

Аналогичный порядок получения разрешения на проведение подобных ОРМ существует в Беларуси, Кыргызстане, Казахстане. Закон «Об ОРД» Туркменистана разрешает получать санкцию на проведение ОРМ не только у прокурора и в суде: «Контроль почтовых отправлений, телеграфных сообщений, прослушивание телефонных и иных переговоров, обследование жилых помещений осуществляются по мотивированному постановлению одного из руководителей органа, осуществляющего ОРД, и только с санкции прокурора или по постановлению суда».

Указанные ОРМ проводятся, как правило, для предупреждения или раскрытия тяжких или особо тяжких преступлений, совершаемых преступными группами (Казахстан).

4. В отношении порядка проведения ОРМ, законодательство об ОРД рассматриваемых стран содержит, кроме прочих, прямые запреты в отношении провокации преступления, подстрекательства к его совершению. Например, согласно ст. 14 Закона «Об ОРД» Туркменистана запрещается «склонять и провоцировать граждан к совершению правонарушений», а ст. 8 Закона «Об ОРД» Азербайджана запрещает «подстрекать то или иное лицо к правонарушениям»1.

5. Согласно ст.13 Закона «Об ОРД» Беларуси «Проведение оперативного эксперимента допускается только в целях предупреждения, выявления, пресечения и раскрытия тяжких преступлений, а также в целях выявления и установления лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, и только с санкции прокурора». При этом о прекращении проведения ОРМ выносится постановление.

Однако, как представляется, такой порядок прекращения всех ОРМ затруднит их оформление и создаст большой документооборот в ОРД. Мы считаем, что целесообразнее предусмотреть в Законе «Об ОРД» России норму о вынесении постановления о прекращении ОРМ, проводимых не иначе как по постановлению органа, осуществляющего ОРД (ч. 7 ст. 8 Закона «Об ОРД» России): проверочная закупка, контролируемая поставка, оперативный эксперимент, оперативное внедрение.

Предлагаем в ст.8 «Условия проведения оперативно-розыскных мероприятий» Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12.08.1995 г. № 144–ФЗ внести часть восьмую следующего содержания: «Указанные в ч. 7 ст. 8 настоящего Закона оперативно-розыскные мероприятия прекращаются на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. Постановление приобщается к соответствующему делу оперативного учета либо к номенклатурному делу».

6. Надзор за ОРД в этих странах осуществляют, как и в нашей стране, генеральный прокурор и уполномоченные им прокуроры, то есть не любые должностные лица прокуратуры, а только наделенные специальными полномочиями на осуществление указанной деятельности. При этом, например, в Кыргызстане это генеральный прокурор Кыргызской Республики и уполномоченные им прокуроры не ниже статуса прокуроров областей и города Бишкека (ст.23).

В Казахстане прокуроры, осуществляя надзор за соблюдением законов органами, осуществляющими ОРД, имеют более широкие полномочия, нежели в нашей стране. Так, надзирающий прокурор, кроме сходных полномочий, имеет право:

-прекратить своим постановлением ОРМ в случае выявления нарушений закона, прав человека и гражданина при осуществлении ОРД;

-вынести в отношении сотрудников, допустивших противоправные действия при проведении ОРМ, не только постановление о возбуждении уголовного дела, но и постановления о возбуждении дисциплинарного производства, на возбуждение которого нет права у российских прокуроров.

7. Использование результатов ОРД.

Законодательство рассматриваемых стран предусматривает использование результатов ОРД в уголовном преследовании по уголовным делам, и эти нормы содержатся в отдельных статьях законов об ОРД: Азербайджан (ст.16), Беларусь (ст.16), Кыргызстан (ст.14)¸ Казахстан (ст.14), Молдова (ст.10), Таджикистан (ст.11), Туркменистан (ст.13), Украина (ст.10). Во всех указанных странах использование результатов ОРД в уголовном процессе возможно лишь после их проверки уголовно-процессуальными средствами, как и в России. Например, использование результатов ОРД в Казахстане регулируется как Законом «Об ОРД» Республики Казахстан, так и УПК Республики Казахстан (Далее по тексту Закон «Об ОРД» РК, УПК РК).

В соответствии с ч. 1 ст. 14 Закона «Об ОРД» РК «материалы1, полученные в процессе ОРД, могут быть использованы для подготовки и осуществления следственных действий и проведения ОРМ по предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, а также в качестве доказательств по уголовным делам после их проверки в соответствии с уголовно - процессуальным законодательством».

Так, ч.1 ст.130 УПК РК гласит: «Результаты ОРД, полученные при соблюдении требований закона, могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями настоящего Кодекса, регламентирующими собирание, исследование и оценку доказательств…». Можно сделать вывод, что УПК РК регламентирует порядок использования результатов ОРД, при этом только после их проверки уголовно-процессуальными средствами.

Государственная, военная и служебная тайна, тайна оперативно-розыскной деятельности, дознания и предварительного следствия в Казахстане являются государственными секретами (ч.1 ст. 53 УПК РК) [6].

Доказательства, содержащие сведения, составляющие государственные секреты, исследуются в закрытом заседании суда.

Начальник органа дознания, принимая решение о представлении материалов ОРД по требованию органа, ведущего уголовный процесс, либо по собственной инициативе выносит соответствующее постановление. Содержание и форма указанного постановления имеется ст. 202 УПК РК, а в России - в Законе «Об ОРД» и Инструкции (от 17.04.2007года).

В постановлении указываются орган, ведущий уголовный процесс, по требованию которого представляются результаты ОРД; какие результаты, в каком объеме и какого ОРМ представляются; технические средства, использованные для получения указанных результатов; предметы и документы, направляемые для приобщения к материалам уголовного дела; рекомендуемые меры по обеспечению безопасности лиц, участвующих в уголовном процессе, а также охране государственных секретов.

В случае представления начальником органа дознания органу, ведущему уголовный процесс, результатов ОРД по собственной инициативе, в постановлении также приводится обоснование необходимости использования результатов ОРД в доказывании по уголовному делу. Результаты ОРД должны быть представлены в объеме и форме, которые позволяют оценить содержащиеся в них фактические данные с точки зрения их относимости к расследуемому (рассматриваемому) уголовному делу, допустимости и достоверности.

Фактические данные, непосредственно воспринятые при проведении ОРМ сотрудником органа, осуществляющего ОРД, могут быть использованы в качестве доказательств после допроса указанного сотрудника в качестве свидетеля. Фактические данные, непосредственно воспринятые лицом, оказывающим на конфиденциальной основе содействие органам, осуществляющим ОРД, могут быть использованы в качестве доказательств после допроса указанного лица в качестве свидетеля, потерпевшего, подозреваемого (обвиняемого).

УПК РК не содержит норм, что результаты ОРД могут представляться в суд, но в законе это подразумевается таким образом: «к расследуемому (рассматриваемому) уголовному делу» (ч.5 ст.130 УПК РК).

Использование предметов и документов, полученных в ходе ОРД, в качестве вещественных доказательств и документов осуществляется в соответствии с правилами, установленными процессуальным законодательством, в частности ст. 121, 123 УПК РК, если есть основания полагать, что они служили орудиями преступления или сохранили на себе следы преступления, или были объектами преступных действий, а также деньги и иные ценности, предметы и документы, которые могут служить средствами к обнаружению преступления, установлению фактических обстоятельств дела, выявлению виновных либо опровержению обвинения или смягчению ответственности, или изложенные в документах, или удостоверенные в них сведения организациями, должностными лицами и гражданами, имеют значение для уголовного дела.

Приобщение результатов ОРД в качестве вещественных доказательств и документов производится только при наличии достоверных данных об их происхождении, а также с сохранением конфиденциальности (ст.53 УПК РК) и обеспечением мер безопасности потерпевших, свидетелей, подозреваемых, обвиняемых и других лиц, участвующих в уголовном процессе (ст. 100 УПК РК).

Таким образом, сравнительное исследование Законов «Об ОРД» указанных стран позволяет сделать следующие выводы и предложения:

1. Законодательство об ОРД рассматриваемых стран схоже с российским, но имеются отличия, многие из которых необходимо использовать для совершенствования правовой регламентации ОРД в России. В частности, целесообразно в закон «Об ОРД» включить отдельную статью с определениями понятий, используемых в данном законе.

2. В целях урегулирования процедуры прекращения производства ОРМ проводимых на основе постановления органа, осуществляющего ОРД (ч. 7 ст. 8 Закона «Об ОРД» России): проверочная закупка, контролируемая поставка, оперативный эксперимент, оперативное внедрение, предлагаем внести часть восьмую следующего содержания: «Указанные в ч.7 ст.8 настоящего Закона оперативно-розыскные мероприятия прекращаются на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. Постановление приобщается к делу оперативного учета либо к номенклатурному делу».


Литература:

  1. Об оперативно-розыскной деятельности: Закон Туркменистана от 23 сентября 1994 года.

  2. Об оперативно-розыскной деятельности: Закон Республики Казахстан от 15 сентября 1994 года // Ведомости Верховного Совета Республики Казахстан. – 1994. - №13. – Ст.199.

  3. Об оперативно-розыскной деятельности: Закон Республики Беларусь от 9 июля 1999 года № 289-З (в ред. от 16.06.2000 г. № 400-З).

  4. Об оперативно-розыскной деятельности: Закон Кыргызской Республики от 16 октября 1998 года № 131.

  5. Об оперативно-розыскной деятельности: Закон Украины от 18 февраля 1992 года (ст.9).

  6. О государственных секретах: Закон Республики Казахстан от 15.03.1999 № 349-1 [Электронный ресурс]. Режим доступа: http://www.pavlodar.com

organizaciya-dopolnitelnih-uslug-v-gostinichnom-biznese.html
organizaciya-drugih-sredstv-vvedenie-programma.html
organizaciya-energeticheskogo-transportnogo-i-skladskogo-hozyajstva-predpriyatiya.html
organizaciya-funkcii-poisk-v-tmemo.html
organizaciya-gosudarstvennoj-sluzhbi-v-rossijskoj-federacii-pravovie-aspekti.html
organizaciya-i-deyatelnost-narodnih-shkol-v-xix-nachale-hh-veka-na-materialah-syamozerskoj-volosti-petrozavodskogo-uezda-oloneckoj-gubernii.html
  • occupation.largereferat.info/ob-utverzhdenii-polozheniya-o-gosudarstvennih-nagradah-pridnestrovskoj-moldavskoj-respubliki-ukaz-prezidenta-pridnestrovskoj-moldavskoj-respubliki.html
  • write.largereferat.info/geologicheskaya-harakteristika-kuzneckogo-alatau.html
  • reading.largereferat.info/lekciya-vojni-treh-gosudarstv-s-tanskim-kitaem-obedinenie-korei-pod-egidoj-silla.html
  • portfolio.largereferat.info/pedagogicheskie-tehnologii-v-shkole-girba-eyu-kpn-zamestitel-direktora-po-nmr-moudpo-uchebno-metodicheskij-centr.html
  • university.largereferat.info/esli-bi-u-letchika-bil-hvost-vse-bi-videli-kak-on-ego-podzhimaet-stranica-5.html
  • lektsiya.largereferat.info/professionalnogo-obrazovaniya--postanovlenie-pravitelstva-rf-ot-30082001-n-640.html
  • report.largereferat.info/issledovatelskaya-rabota-frontovoj-put-uchitelej-avtor-ryabova-viktoriya-anatolevna-20-11-1998-g-r-uchenica-11-klassa-mou-volipelginskaya-sosh.html
  • urok.largereferat.info/programma-disciplini-reshenie-olimpiadnih-zadach.html
  • desk.largereferat.info/otkritoe-more-konspekt-lekcij-batichko-vik-t-taganrog-2011-g.html
  • occupation.largereferat.info/metodicheskie-ukazaniya-samara-samarskij-gosudarstvennij-tehnicheskij-universitet-2015-pechataetsya-po-resheniyu-metodicheskogo-soveta-fgo-samgtu-udk.html
  • school.largereferat.info/access-chast-4.html
  • uchenik.largereferat.info/formion-phormio.html
  • paragraph.largereferat.info/konferenciya-izmerenie-i-sodejstvie-progressu.html
  • spur.largereferat.info/laboratornij-praktikum-en-f-02-informatika.html
  • paragraph.largereferat.info/kontrolnie-pismennie-raboti-k-zachetu-5-kurs-zo-2010-g.html
  • uchit.largereferat.info/teoriya-yazika.html
  • crib.largereferat.info/itogovij-doklad-kardiologicheskoj-gruppi-po-nestabilnosti-gemodinamiki-u-novorozhdyonnih.html
  • write.largereferat.info/glava-9-brudnij-a-a.html
  • nauka.largereferat.info/vishli-na-bolshuyu-rechku-a-d-kolesnikov-a-d-kolesnikov.html
  • znaniya.largereferat.info/razdel-xv-pravila-ohrani-truda-na-avtomobilnom-transporte-razdel-i.html
  • znanie.largereferat.info/4-narusheniya-arterialnogo-krovyanogo-davleniya-pri-endokrinnih-zabolevaniyah-vidi-etiologiya-patogenez.html
  • shkola.largereferat.info/statistika-zhivotnovodstva.html
  • paragraf.largereferat.info/zaregistrirovano-v-nacionalnom-reestre-pravovih-aktov-stranica-20.html
  • tasks.largereferat.info/12-svedeniya-o-studencheskom-tvorcheskom-kollektive-svedeniya-o-studencheskih-tvorcheskih-kollektivah.html
  • laboratornaya.largereferat.info/realizuemie-obrazovatelnie-programmi-obsheobrazovatelnie-programmi-nachalnogo-obshego-v-tom-chisle-programmi-specialnih-korrekcionnih-obrazovatelnih-uchrezhdenij-7-i-8-vida.html
  • tetrad.largereferat.info/v-kieve-proshla-xix-mezhdunarodnaya-vistavka-zdravoohranenie-2010.html
  • esse.largereferat.info/rajonnij-konkurs-na-luchshee-sochinenie-i-referat.html
  • thesis.largereferat.info/programma-elektivnogo-kursa-po-himii-himiya-v-promishlennosti-stranica-2.html
  • school.largereferat.info/altajskij-etnos-v-sisteme-rossijskoj-gosudarstvennosti-chast-3.html
  • urok.largereferat.info/programma-68-chasov-2-chasa-v-nedelyu-vvedenie.html
  • reading.largereferat.info/matematicheskie-kompetencii-ladnaya-tematika-referatov-esse-i-kursovih-rabot-studentov-po-razdelam-programmi.html
  • education.largereferat.info/132-novie-formi-adaptivnih-struktur-1organizacionnie-strukturi-upravleniya-4.html
  • uchenik.largereferat.info/glava-3-sinopsis-ili-chto-bilo-ranshe.html
  • pisat.largereferat.info/tema-k-vo-chasov-integrirovannij-kurs-ekologiya-dlya-uchashihsya-5-9-klassov-osnovnoj-shkoli-koncepciya-programma.html
  • obrazovanie.largereferat.info/primernaya-programma-disciplini-sd-f-02-optika-lazerov-rekomenduetsya-minobrazovaniem-rossii-dlya-specialnosti.html
  • © LargeReferat.info
    Мобильный рефератник - для мобильных людей.